Силлогизм повторяется 
А в Англии растет хлопок?
«А, значит, там хлопок не растет, там пшеница растет. Где дождливо, там 
пшеница растет»
Дается силлогизм «Белые медведи» Так что же, в городе А , на севере, какие 
там медведи?
«Если там ветра много, если там холодно, то тамошние медведи разных цве­
тов»
А из моих слов что следует?
Силлогизм повторяется
«Если по вашим словам, то все белые должны быть»
Мы рассмотрели факты, из которых можно, на наш взгляд, 
сделать следующие выводы.
У основной группы наших испытуемых процессы рассужде­
ния и умозаключения, связанные с их непосредственным прак­
тическим опытом, протекают в соответствии с хорошо извест­
ными правилами. Эти испытуемые прекрасно рассуждают о не­
посредственно занимавших их практических фактах, делают все 
следующие из них выводы, не обнаруживая в этом никаких от­
клонений от «правил» и проявляя большой житейский ум.
Картина меняется, как только им приходится перейти к сис­
теме теоретического мышления — в данном случае сделать вы­
вод из предложенного силлогизма.
Три причины существенно ограничивают возможности для 
них такого теоретического, вербально-логического мышления.
Первая заключается в недоверии к исходной посылке, если 
она не воспроизводит наглядный личный опыт, в отказе принять 
ее и исходить из нее, как из реального основания для дальней­
ших рассуждений. Часто испытуемые вообще игнорировали по­
сылку. Продолжая рассуждать только лишь на основании не­
посредственного опыта, они не хотели высказывать суждения 
вне этого опыта, ссылаясь на то, что они «там не были», что они 
«не видели» фактов, о которых идет речь, что они могли бы 
сказать, «если бы увидели» или «если бы знали». Процесс вер­
бально-логического рассуждения подменялся здесь процессом 
воспоминаний о наглядно полученных впечатлениях.
Вторая причина, ограничивающая процесс вывода из силло­
гизма путем вербально-логического рассуждения, в том, что по­
сылки силлогизма не имеют для наших испытуемых всеобщего 
характера, воспринимаются скорее как частные сообщения, вос­
производящие какое-то явление, но не носящие, повторяем, ха­
рактера 
общего правила. От посылок, лишенных характера 
всеобщности, поступает, естественно, лишь частная информация, 
которая не создает твердой логической системы и не дает осно­
ваний для логических выводов. Поэтому, даже хорошо запом­
нив посылку, наши испытуемые продолжали строить независи­
мые от нее догадки или обращались к личному опыту.
Третья причина, ограничивающая возможность теоретиче­
ского вывода, вытекающая из предшествующей, заключается в