беспрепятственно возвращать всех пленных из казах-
ской степи, а также скот и лошадей. В то же время в
соответствии с проектом — планировалось  построить
силами местных воинских команд для знатных стар-
шин, в частности султану Аблаю и батыру Кулсаре,
дома, а для мелкого скота и лучших ЛОШВДВЙ — кры-
тые сараи. Характерно, что по этому поводу по иници-
ативе Аблая даже велась переписка с Веймарном.
Кроме этого, ставилась задача организовать сеноко-
шение.

Автор проекта рассчитывал, что в данном  случае
казахи настолько привыкнут «к лучшему житию», что
в зимнее время в большие морозы будут вынуждены в
домах оставаться и «от воровства воздерживаться». К
тому же, если скот с раннего возраста  содержать «в
хлевах и конюшнях» и кормить сеном, то без значи-
тельных его запасов «тем де точно та скудость наведена
будет, что единственно их постоянными и спокойными
зделать и их принуждать может здешнего защищения и
покровительства искать (выделено нами. — В. Б.)» ®.
Следовательно, проект при всей его «доброжелательно-
сти» был рассчитан на использование оседлости казахов
в интересах царизма, ибо в этом случае, находясь в
совершенно безвыходном положении, они были бы вы-
нуждены выполнять любые повеления российской ад-
министрации. Таким образом, проект Веймарна, хотя и
предусматривал «мягкий курс» в отношении казахов,
стражал интересы генеральной линии российского пра-
вительства на усиление влияния царизма в Казахстане.
Вот почему руководство Сибирской губернии с одобре-
нием отнеслось к этому проекту и 21 ноября 1761 г.
ходатайствовало перед Петербургом о его утверждении.

21 марта 1762 г. Коллегия иностранных дел реко-
мендовала сибирскому губернатору Ф. Соймонову де-
лать все необходимое, чтобы избегать «жесткого кур-
са» в отношении казахов Среднего жуза и султана
Аблая, в частности, и по возможности «лучше прилас-
кать» их. Предусматривалось строительство домов для
султанов и старшин невдалеке от Сибирских линий. Эти
рекомендации были утверждены  Правительствующим

® Там же.
204