ное средство упрочения позиций в степи не могла дать
желаемых результатов. Более того, она в какой-то сте-
пени мещала беспрепятственному проведению в жизнь
политики царского правительства. Поэтому наряду ©
«жестким курсом» существовал и «мягкий курс», сущ-
ность которого сводилась к переговорам с казахскими
владетелями, подкупу их, направлению в степь Ппо-
сольств, дИПЛО]\ХВТИЧЕСКОй переписке, усилению торго-
вых связей, что в действительности представляло собой
политику «кнута и пряника». Точнее говоря, царские
власти подарками и угощениями привлекали на свою
сторону более податливых, но слабых, а тех, которые
проявляли упорство, подчиняли военными средствами.
Но, подчеркиваем, там, где можно было обойтись без
применения силы, царская администрация к ней не
прибегала на том этапе развития русско-казахских от-
ношений, потому что, во-первых, как только казахи
узнавали о прнблнжешш РОССПЙСКПХ ВОЙСК, они ухо-
дили в глубь степи, и, во-вторых, что самое  главное,
правительство России считало применение мирных
средств наиболее целесообразным для достижения
своих целей.

Для подтверждения этого укажем на малоизвест-
ный проект командующего Сибирскими линиями гене-
рал-майора фон Веймарна от 22 сентября 1761 г., сущ-
ность которого состояла в конкретных  предложениях
по искоренению «киргизских бесполезных склонностей
и обычаев и для удержания их во всегдашней к здеш-
ней (российской.— В. Б.) стороне верности, преданно-
сти лутчим и кратчайщим способом  их, киргисцов,
изнежить и к лутчему и спокойнейшему житию привы-
кать». Фон Веймарн считал, что устранить ‹«от них
дерзновенности и беспокойства» можно лишь при усло-
вии, что удастся не озлоблять казахов «и всякие право-
судия и такие снисхождения им  учинить, коими б
казне никакое предосуждение воспоследствовать не
могло», обращаясь с казахами «в их требованиях удо-
вольствиями и ласкою»“.

Проектом Веймарна предусматривалось разрешить
кочевку казахским улусам в районе российских границ,

® «Казахско-русские — отношения в ХУ1-ХУШ — вв.»,
стр. 630—631.

208