Р У С Т А М
Сцены изпьесы „ Р у с т а м " У. И с м а и л о в а
Узбекский Академический театр шпени Хамза в 1934 
году празднует свое пятнадцатилетие.
Театр возник как фронтовая национальная агитбри­
гада. Он носит имя Хамза, народного поэта Узбекистана, 
убитого шайкой кулаков.
После ликвидации фронтов основная группа актеров 
уезжает в Москву, сие в продолжение нескольких лет 
учится в театре им. Вахтангова. Выпускная работа акте- 
ров-узбеков — копия вахтанговской'«Турандот» — прекрас­
но прозвучала в своем узбекском варианте, прошла в те­
атре им. Хамза несколько сот раз и идет до сих пор. 
Мало того, ряд актеров академического театра ушли ру­
ководителями в периферийные театры Узбекистана и там 
повторили вахтанговский спектакль. Такую копию с ко­
пии «Турандот» я видел в декабре 1933 года в Коканде. 
Она пользовалась большим успехом у зрителя.
После «Турандот» начинается самостоятельный твор­
ческий путь театра. Его значение трудно переоценить.
Театр выдвинул ряд даровитых режиссеров— народ­
ного артиста Уйгура, заел, артиста Бабаджанова и ряд 
блестящих актеров — заслуженных 
артистов 
Хидоятова, 
Мир-Акилова, Кузнецову и др.
2 мая 1934 года театр показал стихотворную пьесу 
драматурга Исмаилова «Рустам». Пьеса не лишена су­
щественных недостатков, слаба ее конструкция, но идей­
ная насыщенность пьесы, стремление автора подняться до 
подлинных философских высот, образный и яркий стих
Ь 
Д в
Рустам:
Наполните чаши!
Пойте «Альйор»!
Здоровье рабов этих денег мы пьем.
( Б р о с а е т на к о в е р д е н ь г и):
Мы наслаждаемся здесь, джигиты,
И девушки с нами сидят кругом.
Мы пьем за могущество денег.
( 
Деньги —
Богатырская сила. Она проста.
Нет денег — и в мире нет человеки,
Нет жизни
и вместо земли — пустота.
Есть деньги —
плати их
и явегаа возьмешь.
Есть деньги —
плати их
и женщин возьмешь.
Есть деньги —
плати их
и совесть возьмешь.
Пир — деньги!
Мир — деньги!
И женщины — деньги.
Деньги повсюду, им нет конца.
Шариат и сладкая речь, и черные глаза ее — деньги
Деньги — души, тела и пруди
И даже любящие сердца.
Есть деньги —
и человек со 
всем имуществом—твой!
И хлеб, омоченный кровью, — твой.
пьесы делают ее выдающимся явлением советской дра­
матургии Узбекистана.
Рустам — молодой кустарь-подмастерье из Ферганы 
В 1916 году его посылают в тыловое ополчение в Бело­
руссию (на фронт узбеков не брали). Он встречается там 
с 
революционно-настроенными 
русскими 
рабочими-под- 
полыциками, попадает под их влияние, перевоапитывает- 
ся в их среде. Он еще не большевик, но в Фергану в 
феврале 1917 года он возвращается уже другим. Тысячи 
вопросов встают перед ним. Он разуверился в религии, 
оя видит окружающие его горе и эксплоатацию. Он ищет 
прайду.
В Фергане местный бай пытается обманным путем за­
кабалить его. Рустама приводят в публичный дом, где ему 
приготовлены плов, водка и девушка. Его подпаивают, 
за ним ухаживают — все для того, чтобы он подписал ка­
бальный договор.
Девушка, с которой он сходится, оказывается его се­
строй. Она сходит с ума, узнав об этом.
Две следующие сцены взяты именно из этого акта. 
Первая — «Деньги» — страстный /монолог Рустама, после 
того как он узнал, кем стала его сестра. Вторая — «В чем 
разница» — разговор Рустама с хозяйкой публичного до­
ма, «Пашша-хан», как почтительно называют ее гости.
Подстрочный перевод сделан проф. Е. Поливановым. 
Поэтическая обработка — моя.
В. Гусев
н ь Г И
И даже бог вездесущий — твой!
И небо любит тебя,
И все святые мира с тобой,
С тобою вера и шариат.
За деньги каждый всего себя 
И душу отдать Тебе рад.
Скажите, ведь если бог создал мир,
То деньги — тоже созданье его?
Так знал ли он, создавая деньги,
Что они сильнее его самого?
За деньги перед тобой преклонят колени.
За деньги будут целовать твои следы.
За деньги убьют человека и улицу 
Кровью польют вместо воды.
Так кто же сильнее, — деньги иль бог?
Из двери в дверь, с порога на порог 
Тысячи нищих бредут, как тени.
Это сделали деньги!
Скажите, — это девушки или деньги здесь сидя1 ? 
Они, как цветок, не успевший расцвесть, завяли.
Так выпьем за то, чтоб детей от отцов отрывали, 
Как от овцы ягнят.
За то, что брошена сестра в проститутки,
Вырванная из материнских рук.
Выпьем за то, что деньги с братом 
Родную свели сестру!
За то, чтобы эта чистая душа,
Не знающая, что такое порок,
Переходила из рук в руки,
Измятая, как цветок!
О, базар разврата и грязи!
Кипи, кипи, как вино.
64