ти,  но  за  моим  несчастием  принужден  на  письме  и  чрез  других 
информацию  посылати.  Я  сполна  не  описываю,  каким  образом 
посланные  из  Астрахани  куриеры  в  дороге  пропали,  что  от  пи­
сем  учинилось  и  протчая,  также  какие  на  меня  фалшивые  при 
сем  дворе  доношения  поданы  были,  а  наипаче  от  туркистанско­
­го  хаджи  одного,  с  чего  при  сем  для  мемории  список  посылаю, 
понеже  приказал  ему,  куриеру,  все  пространно  на  словах  изъяс­
лити  Вашему  Величеству.  Прошлого  году  из  писем  моих  донесе­
но  про  астраханских  нагаев,  которые  без  указу  сюда  приехали 
и  везли  заказные  товары;  все  то  на  лишнюю  мою  беду  [я]  на­
писал,  ибо  новоприезжие  татары  жаловались,  что  я  худо  на  них 
написал  к  астраханскому  губернатору  и  весь  их  торг  пресек. 
Также  (что  ни  пуще)  некоторые  бухарцы,  которые  из  Астраха­
ни  приехали,  сказывали,  что  несколько  бухарцов  за  арестом  в 
приказе  сидят  и  пропуску  оным  не  дают,  почитая  их  шпионами 
Ширгазы  хана  хивинского.  Чего  ради  всепокорно  прошу  Вашего 
Величества,  дабы  надо  мною  Вашу  царскую  милость  показати 
и  не  допустити  меня  к  крайней  беде,  а  наипаче  в  нынешних  слу­
чаях  повелевая,  пока  я  здесь  обретаюсь,  чтоб  никакой  гневу  Ва­
шего  вид  над  бухарцами  не  показывали,  а  то  б  мне  и  здесь  так 
же  воздано  не  было,  ибо  озбечье  разсуждение  весьма  грубое. 
Вашего 
Величества 
всепокорнейший 
раб  Флори  Беневени. 
Из  Бухар,  10­го  апреля  1722­го  [1723]  г. 
[1,  1722  г.,  д.  I  л. 
72—75]. 
А  присланной  от  него,  посланника  Флорио  Беневени,  из  Бу­
•хар  с  вышеписанным  дупликатом  реляции  камердинер  Николай 
Минер  в  государственной  Коллегии  иностранных  дел  апреля  в 
15­й  день  1724­го  году  сказал*53: 
Поехал  де  он,  Николай,  из  Бухар  от  него,  Флория,  1723­го 
тоду  апреля  10­го  дня  и  ехал  от  Бухара  чрез  Трухменские  степи 
в  караване  с  бухарскими  трухмены 
на  Персицкую 
область, 
а  имянно  до  Гирата,  осемнадцать  дней  и  жил  за  опасностию  от 
бунтовщиков  авганов  пять  месяцев  и  шестнадцать  дней,  для  то­
го  что  у  них  было  великое  замешание  и  безпрестанная  драка  и 
многих  российских  купцов  в  то  время  ограбили.  А  из  Гирату  по­
ехал  он  с  некоторыми  трухмены  и  бухарцы  знакомыми  в  кара­
ване  в  Мешет  и  [при] ехали  чрез  осемнадцать  дней  и  тамо  жили 
семь  недель  за  тем  же  разорением  и  бунтом.  А  из  Мешета  ехали 
на  провинции  Астрабат  и  Мизандрон  и  до  Гиляни,  где  за  на­
ступлением  зимы  жил  до  вскрытия  воды  шесть  недель,  а  потом 
отправил  его  оттуда  брегадир  Левашов  водою  до  Астрахани. 
И  тако  за  вышеописанными  причинами  он  в  пути  принужден 
был  так  долгое  время  медлить.  А  ежели  б  де  без  задержки 
ехать,  больше  б  не  было  месяцев  двух.  А  в  бытность  его  при 
2"