Дело в том, что помимо кулака-бая в кочевых районах и в ча­
стности в районах Центрального Казакстана до самого последнего 
времени сохранялись элементы феодальной прослойки кочевого аула. 
При наличии некоторых противоречий между теми и другими 
характерным все же являлся тесный смык этих слоев при руко­
водящей роли в этом блоке отпрысков прежней феодальной знати 
кочевого аула.
Ни феодал, ни кулак, по ряду условий, не были разгромлены 
в первый период революции, как это имело место в большинстве 
других районов Союза. В российских районах помещики были на­
чисто сметены в самый первый период революции, а кулак раз­
громлен и ослаблен в период комбедов, так что только постепенно 
он укреплялся вновь в первый период нэпа.
Ясно, что во весь период революции кулацкие устремления огра­
ничивались так же, как и у степного феодала, который уже не мог 
попрежнему открыто хозяйничать в кочевой степи, но непосред­
ственного разгрома они все же не претерпели.
Естественно, что в этих условиях такая об'единенная сила 
кулака и остатков помещика представляла значительную силу.
В 1928 г. проводятся мероприятия, направленные непосред­
ственно против феодальных пережитков и сказавшиеся в начале 
в виде передела сенокосных угодий, а затем экспроприации и вы­
селения виднейших феодалов и верхушечной прослойки байства, 
непосредственно сросшейся с ними.
В Казакстане конфискации подвергнуто было около семисот 
хозяйств, а отобранный у них скот передан, в основном, бедноте 
кочевого аула. Широкие слои байства этими мероприятиями за­
тронуты не были, а это позволило нейтрализовать бая в этот 
период борьбы с феодальными пережитками.
То обстоятельство, что все экспроприации и выселения (то же 
было проделано, правда, в меньшем об'еме, в Киргизии) прошли 
без всяких особых осложнений, и не только без экономического 
упадка отдельных районов, но даже с некоторым ростом поголовья 
стада, говорит о противоречиях, имевшихся между феодалом и 
верхушечными слоями байства, с одной стороны, и массами кочевого 
крестьянства (в том числе и кулака)— с другой.
Однако 
такие мероприятия были проведены всего за год- 
полтора до приступа к сплошной коллективизации, а это не могло 
не усилить эффекта агитации остатков разгромленного помещика, 
в результате которой кулак также был активизирован против ме­
роприятий советской власти, а середняк стал колебаться кочевать.
Имевшиеся противоречия внутри классово-враждебных нам слоев в 
этот период сгладились.
Вот в этих условиях относительной силы классового врага, су­
мевшего спровоцировать на хищнический забой стада значительные 
слои и середнячества кочевий, легко себе представить, какое значение 
должна была иметь установка, развитая в „труде“ некоего Зверякова, 
снабженном авторитетным предисловием.
191