кочевое хозяйство это такое состояние человеческого общества, когда классов нет, когда нет государства. По Каутскому, государ­ ство возможно только при посредстве завоевания кочевников земле­ дельцами. Вне земледелия, вне оседлости у Каутского никакое государство не мыслится х. Понятно, что факт самой ожесточенной классовой борьбы, происходившей в большинстве кочевых районов Союза, поколебал такого порядка „теоретические“ мудрствования. Однако и сейчас мы можем наблюдать попытки приспособить старые, разбитые жизнью „теории“. Больше того, мы можем наблюдать объяснение целого ряда неуспехов того или иного мероприятия именно тем, что кочевья пребывают-де на той стадии общественного развития, когда системой отношений у них является родовой строй. Этим об'ясняется целый ряд неполадок, которые в ряде кочевых рай­ онов были и есть. Какое значение для разбираемого вопроса имеют наши, каза­ лось бы, отвлеченно-академические высказывания о первобытном обществе? Как мы увидим из дальнейшего, правильное понимание первобытного общества имеет очень большое значение. Из положений Каутского и наших каутскианцев вытекает, что оседлость — это прогрессивное явление во все времена. Если мы посмотрим некоторые попытки классификации хозяйств в отдель­ ных кочевых районах, скажем, в том же Казакстане, то увидим, что там все районы делятся по таким „прогрессивным“ ступеням: а) скотоводческое хозяйство, б) скотоводческо-земледельческое, в) земледельческо - скотоводческое и г) земледельческое. Нет нужды говорить о том, что из этой „типизации“ нельзя ничего понять ни о классах, ни о классовых отношениях. Именно такая схема кладется в основу „диференцироваиного подхода“ к тем или иным районам. Эта схема, органически вытекающая из системы представлений Каутского, у нас пущена в оборот кондратьэвцами всех мастей. Проблема оседания—не новая проблема в литературе. Еще 4-5 лет тому назад в Казакстане был популярен проект некого Маслова, который сводился к тому, чтобы районы Центрального Казакстана, где в то время насчитывалось примерно 280 тыс. хо­ зяйств, оставить „вне хозяйственного использования“, так как они не, могут быть использованы для земледелия. Так как, с точки зрения названного проекта, прогрессивным—по сравнению со скотовод­ ством—является земледелие, то, следовательно, требовалось эти хозяйства расселить, с одной стороны — на север, в район обжи­ того товарного земледелия, с другой стороны — на юг, в районы хлопка, оставив вне хозяйственного использования колоссальные территории Центрального Казакстана2. 1 К. Каутский, „Материалистическое понимание истории“, т. ГІ, изд. 1931 г., стр. 101-—103. 2 „Народное, хозяйство Казакстана“ Л» 4—5 за 1929 г., статья Я. И. Маслова, 185