СОВРЕМЕННАЯ
ЛѢТОПИСЬ.
419
кія
принадлежащими инородцамъ,
оказался
совершенно
невыяснен-
нымъ.
Такъ
255
статьею
„Положенія
объ управленіи
Туркестанскимъ
краемъ"
узаконено
право осѣдлаго
населенія
пользоваться,
владѣть
и
распоряжаться
занятыми
имъ
фактически
культурными
землями,
а
270
статьею
того
же Положенія
предоставлено кочевому
населенію
право
безсрочнаго
общественнаго
пользованія
землями
занимаемыми
подъ
кочевья
по обычаю.
Между
тѣмъ
обычный
строй
землевладѣ-
нія
до
самаго изданія
Положенія
состоялъ
въ томъ что всѣ
культур-
ный
земли находились
во владѣніи
осѣдлыхъ жителей, а всѣ
приле-
гающая
къ
культурнымъ
землямъ
степныя
и
горныя
пространства
состояли
въ пользованіи
кочевниковъ
распредѣлявшихъ
кочевья
на
основаніи
родовыхъ
традицій.
Такимъ
образомъ
культурный
земли
оказались принадлежащими осѣдлымъ инородцамъ
на правѣ
однород-
номъ
съ правомъ
полной
собственности,
а всѣ
некультурный
оказа-
лись
предоставленными кочевому
населенно въ безсрочное пользованіе,
при
чемъ
границъ
этому
пользованію
не поставлено
никакихъ,
кромѣ
обычая,
обычай
же
въ
томъ
именно
и заключается
что кочевникъ
занимаете
подъ
кочевья
все
что не занято
осѣдлымъ инородцемъ.
Такъ
же мало выясненнымъ оказался и вопросъ
о
томъ что именно
слѣдуетъ
отводить
осѣдлому
инородческому
населенію.
По ст. 8 Вы-
сочайше
утвержденныхъ
правплъ
о
введеніи
пеземельно-податнаго
устройства
въ Туркестанскомъ
краѣ,
„земли
описываются
и снима-
ются
на
планъ
на
основанги
показангй
владѣльцевъ
оныхъ
и смеж-
ныхъ
недвижимостей".
Благодаря
этому узаконенію
и другимъ
стать-
ямъПоложенія,
дѣло приняло крайне неудовлетворительный оборота,—
настолько
неудовлетворительный
что
въ
1890 г.
лицо, руководившее
поземельно-податными
работами
въ Сыръ-Дарьинской
области, дало
слѣдующій
очеркъ
этихъ работъ:
„Присматриваясь
ближе къ результатамъ
поземельно- податныхъ
работъ
въ Ташкентскомъ
уѣздѣ,
я
все болѣе
и болѣе убѣждаюсь что
по отношенію
къ сохраненію
и обезпеченію
государственныхъ
иму-
ществъ
въ краѣ
была допущена
при первоначальной
постановкѣ дѣла
такая
существенная
погрѣшность
которая
уже отозвалась, а еще бо-
лѣе
отзовется
въ будущемъ,
если существующій
порядокъ
будетъ
оставленъ
безъ
измѣненія.
„Еще
три
года
назадъ, т. е. до
1
января
1887
г., въ Туркестан-
скомъ
краѣ
вся земля признавалась
государственною:
по самой силѣ
мусульманская
права
она
считалась
землею казенною и въ проектѣ
комисіи
г. Игнатьева,
какъ извѣстно,
рѣчь
шла о сохраненіи
этого
порядка и наложеніи
на
землю, фактически
находившуюся въ рукахъ
жителей
и
все-таки
признаваемую
„государственною",
оброчной
по-
дати,
а не
поземельнаго
налога.
'
27*