M. С. Андреев,  вспоминая  о  своем  участии  в  работе 
Восточного  института,  говорит,  что  организация  назван­
ного  института 
при  имевшихся 
условиях 
была  очень 
трудным  делом.  Пробравшиеся  на  некоторые  руководя­
щие  посты  в Туркестане  замаскированные 
враждебные 
элементы,  националисты  и пантюркисты,  видевшие в воз­
никновении  нового  востоковедного  вуза 
аппарат,  кото­
рый должен  был  вырабатывать  и выпускать  работников 
для  проведения  и защиты  советского  дела 
на  Среднем 
Востоке,  сознательно  проводили  всяческую  подрывную 
работу, отпуская  самые  грошевые  средства,  хотели  умер­
твить  Институт  финансовым  голодом.  Для  этой  цели, — 
вспоминал  М.  С.  Андреев,  —  «в продолжение  двух  лет 
(1918—1920  гг. —  X. А. и  Н.  А.)  не  выплачивалось  жа­
лованье  ни  мне, возглавлявшему  вуз,  ни  моему  замести­
телю. И мы оба оставались  на своих  местах и честно вели 
свое  дело,  довольствуясь  скромным  вознаграждением  за 
лекции. Два  года  порванных  ботинок,  недоедания,  полу­
голодной  семьи. Но вуз зато  был  спасен и продолжал  ра­
ботать,  выпуская 
советских  работников,  из  которых 
некоторые  служат  теперь  профессорами  в  центре  и дру­
гих  местах».430  Именно  бескорыстной  самоотверженно­
сти и неиссякаемой  энергии  его первого  ректора  молодой 
институт  был  обязан, в частности, хорошим  помещением, 
скорейшим  обзаведением  учебным  оборудованием,  биб­
лиотекой,  археологическими  и нумизматическими  коллек­
циями и т. п.431 
«Зародившийся  в  раскатах  громов  русской 
револю­
ции,  — писал  М.  С.  Андреев,  — на  самом  пороге  новых 
выковавшихся 
условий  жизни,  Институт,  естественно, 
сразу  попал  в очень тяжелые  условия,  стоя,  с одной  сто­
роны, перед выдвинутыми  для  него самой  жизнью, самим 
положением  вещей  задачами,  а  с  другой,  перед  усло­
виями  и  средствами  для  их  выполнения.  Каждому  было 
ясно, что  существование  Института  было  необходимо  и 
что  немыслимо  оставлять  дальше  без  надлежащего  спе­
циального  изучения  столь  мало  еще изученную  Среднюю 
Азию  и Средний  Восток  вообще  и  что  для  этой  цели 
нужна  специальная  подготовка  соответствующих  работ­
ников  —  востоковедов.  Ясно  было  и  наиболее  подходя­
щее для этого  место: это в  настоящее  время  сердце Сред­
ней Азии — Ташкент. Но тут­то  и сказалось  слабое  место 
в постановке  востоковедения  до  сих пор. Число  имевших« 
85