Русские  ученые­востоковеды  дореволюционного  вре­
мени  впервые  в истории  науки  доказали,  что  народы 
Средней Азии являются творцами и обладателями  огром­
ных  культурных  ценностей,  которые  вошли  в  сокровищ­
ницу  мировой  науки.  По  справедливому 
замечанию 
В. В. Бартольда,  в изучении  истории  народов  Средней 
Азии  «ученый мир  почти всецело обязан  русской  науке»/' 
Успехи  русского  востоковедения  тем  более  значитель­
ны, что сии  достигнуты  в дореволюционных  условиях 
самодержавной  страны,  когда  царское  правительство 
нещадно  угнетало  пароды  восточных  окраин  Российской 
империи  и считало,  что изучать  «инородческую»  культу­
ру  и охранять  се  памятники  не только  не  полезно,  но и 
вредно.'1  Царские  сановники  в  целях  защиты  интересов 
«русской  государственности»  ставили  вопрос  о  разруше­
нии замечательных  самаркандских  и  других  историче­
ских  памятников  страны.7  Наука  колониально­капитали­
стического  режима,  по их представлению,  была  призвана 
отражать  политику  царского  правительства  и  оправды­
вать  его  завоевательные  устремления.8  Зачинателем  та­
кой дворянско­буржуазной,  шовинистической  историогра­
фии  дореволюционной  России  в Туркестане  был  первый 
генерал­губернатор  края Кауфман,  который  считал  науку 
верным  придатком  военной  администрации  края. В своем 
ответе  на  приветствие  Императорского  общества  люби­
телей  естествознания  Кауфман  писал:  «Наука  в  числе 
других  способов  наиболее  поможет  оправдать  наши  за­
воевания.  наше  движение  вперед».9  Царское  правитель­
ство рассматривало  Среднюю  Азию лишь  как  «выгодный 
и  перспективный  рынок  сбыта  русских  товаров  и  источ­
ник  сырья,  чрезвычайно  важный  для  наиболее  развитой 
отрасли  промышленности  России—текстильной».10  Имен­
но поэтому  царизм  ставил  задачи  изучать  край  с  целью 
определить,  какую может он принести  прибыль,  выявлять 
те  богатства,  эксплуатация  которых  давала  бы  немед­
ленный  эффект  и  не  была  связана  с  большой 
затратой 
капиталов." 
Отдельные  представители  русской  науки,  чьи  интере­
сы  тесно  переплетались  с интересами 
царизма,  «стали 
интенсивно  изучать  и писать  труды,  а  также  переводить 
на­русский  язык  всю  необходимую  литературу,  которая 
могла  бы  помочь  в  управлении  завоеванных 
областей» 
Туркестана.12 
Ю  .