884 П.П.Литвинов

тель дореволюционного Туркестана, действительный статский со-
ветник, то бишь "гражданский генерал" Н.Остроумов, воспитан-
ник Ильминского и всей антимусульманской профессорской “бра-
тии", пригревшейся под крылом православной Казанской Духов-
ной Академии, указывал властям на то, что татарская пресса в крае
“возбуждает народ и ей надо давать отпор". Туркестанская адми-
нистрация охотно прислушивалась к такого рода мнениям. Газе-
ты поступали подписчикам не вовремя и зачастую нерегулярно,
ибо те номера, в которых содержалось что-либо нестерпимо "ост-
рое” для краевых властей, просто конфисковывались и потому не
достигали адресата. Велась негласная регистрация всех подписчи-
ков татарской периодики. Делалось это в соответствии с циркуля-
ром Департамента полиции МВД от 81 декабря 1900 г. Циркуляр
имел гриф "совершенно секретно" и обязывал губернаторов облас-
тей Туркестанского и Степного краев веети строгий учет лиц, вы-
писывавших газеты, издаваемые татарами Казани и Крыма. Та-
ким образом, подписка на татарские газеты стала для многих
ничего не подозревающих туркестанцев мерилом их политической
блвгонвдежности со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Газеты, издаваемые непосредственно туркестанскими татарами,
преследовались с особенным остервенением. Так, в 1906 г. татарин
Исмаил Абидин стал издавать в Ташкенте газету "Таракки", ко-
торая так не понравилась царским властям, что после выхода всего
17 номеров была запрещена. Бесконечным придиркам, конфиска-
циям и запрещениям подвергались такие выпускаемые туркестан-
скими джадидами периодические издания, как "Шухрат", "Хур-
шид", "Туджор", "Осие", "Садои Туркестан", "Эль-Батраш",
"Умид", "Ойна", "Туран", и др. И все потому, что они шли в рус-
ле прогрессивной татарской прессы.

Не ускользала от внимания туркестанской администрации и
мусульманская книжная торговля, в которой татары играли доми-
нирующую роль. Отмечая этот факт, зарубежный исследователь
Э.Олвес в книге "Печать в Средней Азии и подъем национализма"
пишет, что преследуя татарскую книготорговлю, царские власти
опасались ее влияния`"среди местного коренного населения Тур-
кестана, которым она помогала сопротивляться натиску христиан-
ства и препятствовала его ассимиляции с русским населением
края“ [8, 11]. Полиция не раз разоряла книжные лавки татар,
конфискуя те или иные “вредные" издания, либо вообще закры-
вала их. Так, например, в 1912 г. по рекомендации Туркестанского
охранного отделения была проведена широкомасштабная акция по
“проверке” татарской книготорговли в крае, сопровождавшаяся
массовыми конфискациями, погромами и запретами. Только в
Пишпекском уезде Семиреченской области, к примеру, у 16 татар-
книготорговцев было изъято более тысячи экземпляров "вредной”