Антитатарская политика царизма в Средней Азии и Казахстане — 878 ПООООНННННООНООООНООООНЫНОННОНООООООНООННОНОАОНОНОТЬОООННЕООьДОООНОООЕООНООНОНОНОННОКООНОНОННОНО ООННИНЙ лежать ведению так называемого "Оренбургского Магометанского Духовного Собрания", то Кауфман демонстративно игнорировал в своих действиях это положение закона. О том, как он это делал, было уже сказано несколько выше. Однако "первоустроителю" Туркестанского края этого было мало. Он старался добиться того, чтобы это законоположение было вообще отменено. И он долго искал повод для того, чтобы достойно посягнуть на него. Осенью 1879 г. таковой представился. В сугубо житейском плане он был чрезвычайно прост, но Главный Начальник края сделал все, что- бы раздуть его до требуемых политических размеров. Сюжет был таков: у жителя г. Копала Семиреченской области Рахима Абдул- лина жена ушла к другому. Оскорбленный муж пожаловался "Оренбургскому” муфтию. Последний отдал распоряжение ко- пальскому татарскому мулле Мухамеджану Мухамедиеву разо- браться в обстоятельствах дела и решить его, сообразуясь с шари- атом. Это безобидное по сути дело неожиданно сильно возмутило военного губернатора Семиреченской области Г.Колпаковского. Он тут же направил уфимскому муфтию письмо, в котором высоко- мерно поучал его. "В Семиреченской области нет официального духовенства, — утверждал в частности Колпаковский, — и разные духовные лица никаких отношений с Оренбургским Духовным Со- бранием не имеют”. Колпаковский, явно превышая свои полномо- чия, требовал от муфтия прекращения любых контактов с мусуль- манами Семиречья. Одновременно семиреченский губернатор на- правил рапорт Кауфману, в котором, излагая суть дела, призывал принять решительные меры к окончательному разрыву мусульман Туркестана с казанскими татарами и их муфтием, "которые ни- когда не были солидарны с нашими государственными интереса- ми в крае". Кауфман не преминул воспользоваться благоприятной возмож- ностью. Он тотчас же — 10 декабря 1879 г. направил письмо ми- нистру внутренних дел Макову, в котором потребовал вывести мусульман Туркестанского края из-под контроля Оренбургского Магометанского Духовного Собрания, ссылаясь на копальский прецедент и мнение популярного в высших кругах завоевателя Семиречья. Маков не мог отказать всесильному "жарым-паше"* Туркестана. 4 марта 1880 г. он направил в Оренбургское Магоме- танское Духовное Собрание распоряжение, в котором указывал, что возглавляющему его муфтию надлежит... не распространять свою деятельность на Туркестанский край... не входить в прямые офи- циальные сношения с туземцами и магометанскими учреждения- ми... обращаясь в случае надобности к военным губернаторам и уездным начальникам. Таким образом, Кауфман добился своего, * Жарым-паша (д. 6.: патша). — Казахск.—Букв.: пол-царя (Прим. н. ред.)