| Е История Абулфейз-хана
ЕННЕ ЕННЕ оЫ НООа нар
плакал и трелетал, А тот подлый человек отделил голову Афлатун кал-
мыка от его благословенного тела и [тем] освободил из сети его бытия
птичку его души.
Стихи:
Он сказал: «О государь беспомощного товарища,*.
Ставшего пленником, подобно ржавчине на кольце цепи горя!||
ЭЗа Трепещет [мое] сердце, вкушая удовольствие из источника верности.*
Оно жертвует жизнью у ног высокопрестольного государя»,
Он сказал и стал подобен опьяненному соловью от восхищенья красотою
[своего подвига].*
Его изрешетили мечами и стрелами, [сделав], как лист розы,
расщепленный на сто частей.
Государь, пораженный этим, плакал и в то же время трепетал !
в беспокойстве [за свою судьбу].*
Так нужно [умереть] рабу, так нужно [кончить дни] эмиру!
После чего государь, почитаемый, как небо и страх ангелов,?
Обратил свое лицо к толпе военных и произнес сладкую речь.

Когда Афлатун курчи на пути верности [своему государю] вкусил
из [рук] виночерпия — судьбы из чаши меча чистое вино мученичества,
его благословенную голову взяли и с торжеством победителей подняли

236 кверху. Из-за этой светоносной головы || счастливый государь-мученик,
Убайдулла-хан, обратившись к военным, сказал: «О люди, вы знаете
меня, что я за человек? Я — роза из розового цветника Надир-хана; я —
кипарие из Субханова парка“%. В течение дзухсот двадцати лет отцы
ваши служили нашим предкам и ели [их] хлеб-соль, а теперь вот уже
восемь лет, как вы питаетесь от стола моих милостей, и никто [вам] не
поручал кушать соль и разбивать солонку. Если вы нашли мое правле-
ние тягостным [для себя], то предоставьте мне отправиться к почитае-
мой Ка’бе, удовольствоваться вместо царского венца шапкой бедняка и,

24а сойдя с престола счастья, сесть на рогожке бедности. || О люди, поду-
майте о [моей] соли и удержите свои руки от убийства меня, невинного, ›
потому что кровь безгрешного не заснет на земле! Разве среди [вас] нет
такогото и такого-то. которые признательны за [мою] хлеб-соль?» От
этих слов одни из людей, [решивших убить  хана], встревожились и опу-
стили свои головы, но группа лиц, помнивших обещание Джаушан кал-
мыка“, без [всякого] указания обнажила перед его величеством _ шашки
и ранила [этим] его печальное сердце. Подняв шум, они поспешили опол-
читься против [убежища] мира. Хан сказал [им]; «О люди, ведь теперь