16 История Абулфейз-хана
стью!!. Однако часть сброда из среды узбеков!?, страшась втайне спра-
ведливого государя, всегда держала в мысли, как бы разбить стеклян-
ный сосуд его жизни камнем вероломства и уничтожить цветник его
46 дней самумом жестокости. || И постоянно эти коварные каверзники, эти
вероломные смутьяны держали на уме, как бы прекратить жизнь это-
го храброго человека. Ббльшая часть [их] полагала [для осуществления
: заговора] подослать к хану группу лиц под видом просителей и в тот
момент, когда хан, натянув поводья коня, остановится, [чтобы выслу-
шать просьбу], застрелить его из-за угла. Часть же стояла за то, чтобы
в том месте Намазгаха, где его величество располагается для со-
вершения молитвы в праздник жертв или разговения, вырыть яму,
наполнить ее нефтью и поджечь, чтобы дымом честолюбия [своего]
погубить луч его жизни.

Однажды его величество на прогулке в цветниках Ханабада рас-
стелил ковер удовольствия и наполнил чашу приятности чистым вином
счастья', в тот вечер группа бесчестных людей, по вероломству, свойст-

5а венному современному человечеству, || прибыла к августейшему дворцу
[с целью убить государя]. Его величество, в тот же вечер узнав об этом,
опоясался шашкой отваги и стал на страже августейшего дворца. Та
банда бежала, но не было известно, сколько [в ней] было людей. Спу-
стя несколько дней Мухаммед Рахим парваначи дурман, по чувству
доброжелательности и расположения к его величеству, при случайной
встрече! с последним смиренно доложил, что группа презренного сбро-
да решила причинить вред благороднейшей милости его величества.
Хан, уповая на милость господню, изволил сказать: «Мы предали се-
бя божьей воле, и то, что писец судьбы начертал на поверхности нашего
чела пером предопределения, то и будет». Зимою того же года Ходжа
56 Балту доложил государю, что Ходжа Даулат сарай, || объединив-
шись с Джаушан калмыком, заявил [одному] узбеку, что они по-
разят его величество. Хан, рассердившись, [сказал]}; «Если] такие лица
из числа наших слуг высказывают в отношении нас [столь] нелепые
мысли, то какое же рвение к повиновению может быть у других?»
До Джаушана и Ходжа Даулата дошло [это ханское] порицание. Джау-
шан, предпочтя [всему] бегство, скрылся, а Ходжа Даулата схватили
в ханака, которую он построил для исполнения нравственных и ре-
лигиозных предписаний, и привели [для расправы]. В действитель-
ности достопочтенный Ходжа был муж проницательный, высоконрав-
ственный и благочестивый, чтобы его можно было подозревать в этом
ужасном деле. Короче говоря, несчастного Ходжу заковали в цепи
НЕаа ы аанаа ааы ЗЕа да ала