t Конкретно  это  означает,  что  Афганистан  стал  тогда  сферой  столкновения  ин­
тересов  ряда  государств  Европы  и  Азии.  В  первой  четверти  XIX  в.  началось  прод­
вижение  к  границам  Афганистана  как  русских, так  и  англичан. 
Обратил  свои  взоры 
на  Восток  и  Наполеон, 
собираясь  предпринять  поход  в 
Индию  через  Иран  и  Афганистан  или  через  Афганистан  и  Россию6.  Англия  пыталась 
столкнуть  Афганистан 
с  Ираном.  Иранские же шахн  ставили 
своей  главной  целые» 
захват  Герата7,  что  и  нашло  свое  отражение  в дипломатической  переписке  Бухарского 
ханства  и Афганистана. 
В  то  время,  когда  внешние  враги  стремились  лишить  Афганистан  независимос­
ти,  Бухарское  ханство,  «согласно  союзу  и  старым  связям  и  религиозным  обычаям»3,. 
стремилось  развивать  с ним добрососедские  отношения. 
Объектом  нашего  исследования  стали  списки  (копни  документов)  XIX  в.9,  име­
ющиеся  в  рукописном  фонде  ИВ  АН  УзССР  и  включающие  переписку  правителя  Бу­
хары  эмира  Хайдара  с  правителями  сопредельных  стран,  в  том  числе  Афганистана. 
Рукопись  №302/11:  «Образцы  письменных  обращений  и  рескриптов» — интересна 
между  прочим,  и  тем,  что  известно  имя  переписчика — Мирза  Садик  мунши  (лич­
ный  секретарь  эмира  Хайдара). 
Были  изучены 
следующие  документы: 
1.  Письмо  Шудже  ал­Мулку 
(1803 — 
1809  гг.),  л.  52а;  2.  Падишаху  Кабула  (т.  е.  Шудже  ал­Мулку),  л.  54а;  3.  Принцу 
Фируз  ад­Дину, 
л.  56а — 57а;  4.  Письмо  (тоже  Фируз  ад­Дину), 
л.  606—616; 
5.  Принцу  Фируз  ад­Дину.  л.  57а—576;  6.  Письмо  (торговое),  л.  616—626;  7.  Пись­
мо  Фируз  ад­Дину, л. 64а—646. 
В  целом  содержание  указанных  писем  свидетельствует  о  том,  что  между  Бу­
харой  и  Афганистаном  существовали  тесные  дипломатические  и  политические  взаи­
моотношения.  Письма  не  имеют  даты,  они  датированы  по  косвенным  данным^. 
В  числе  этих  документов — дипломатическая  переписка  эмира  Хайдара  с  пра­
вителем  Герата  Шуджа  л­Мулком,  относящаяся,  очевидно,  к  1804—1805  гг. 
Взаимосвязи  Бухары  и  Афганистана  получили  интенсивное  развитие  в  первый 
Период  правления  шаха  Шуджи  (сына  Тимур­шаха,  внука  Ахмад­шаха  Дуррани)11. 
Это  объясняется  тем,  что  эмира  Хайдаро  беспокоило  положение  на  юго­западных  гра­
ницах  Бухары,  особенно  Мерва;  он  опасался  нападения  со  стороны  Хивы  и  Ирана, 
а  потому  всячески  стремился  укрепить дружбу  с шахом  Шуджой. 
'«В  эти  страшные  времена, — писал  эмир, — коварные  шииты  захватили  страны 
Хорасан  и  Ирак,  кафиры  протянули  руку  к  господству  страной  Индией,  китайские 
язычники  захватили  Кашгар,  северные районы  взяли  христиане...»12 
Бухара  действительно  оказалась  в  сложном  положении.  Чувствуя  себя  в  коль­
це  врагов,  Хайдар  настаивал:  «...Слава  аллаху,  мы  и  вы — сунниты  и  община  сунни­
тов  и  считаемся взаимосвязанными...  Следует двум великим державам  сообща  потуже 
затянуть  общий  пояс  усилий,  затушить  водой  меча  борцов  за  мусульманскую  веру 
их  (шиитов)  смуты...  От  содействия  и помощи  не откажем  друг  другу»13. 
Обращает  на  себя  внимание  тот  факт,  что  эмир  в  своих  письмах  постоянно  де­
лает  ударение  на  то,  что  узбеки  и  афганцы — сунниты  и  на  этой  основе  они  также 
должны  объединиться.  Отсюда  очевидно,  что  во  взаимоотношениях  между  государст­
вами  религиозные  связи  занимали  далеко  не  последнее  место.  И  зачастую  военные 
действия  против  врагов  приобретали  религиозную  окраску,  называясь  «священной 
войной»  (джихад),  «священной  войной  за  веру»  (газават). 
Впрочем,  нередко  воевали  между  собой  и  единоверные  соседние  государства. 
Так,  в  1804  г.  на  Бухару  напал  хивинский  хан  Ильтузар.  Эмир  Хайдар  отправил  к 
границам  Хивинского  ханства  отряд,  нанесший  поражение  хивинцам,  после  чего  их 
набеги  надолго  прекратились.  Ильтузар,  по  утверждению  эмира  Хайдара,  «переступил 
через  обычаи  предков  и  дедов  своих,  изгнав  хана  Ургенча,  себя  объявив  ханом.  По 
легкомыслию  своему  он  протянул  руку  гнета  и  насилия.  На  высокий  постамент  уста­
новил  знамя  бунта  и  смуты.так  что  закрыл  дорогу  давней  дружбе...  Мы  послали  полк 
из  победоносного  войска  для  наказания  этого  наглого  претендента...  На  берегу  реки 
Дженхун  произошло  столкновение  отрядов,  переполненных  упорством.  Затянулся  бой 
6  М а с с о й 
В.  М.,  Р о м о д и н 
В.  А.  История  Афганистана.  Т.  II.  С.  146; 
Р и ш т и я  С.  К  Афганистан  в  XIX  в.  М.,  1958.  С.  21;  Н а з а р о в  X.  Равобити  Бу­
хоро... С. 29. 
7  Н а з а р о в  X.  Равобити  Бухоро...  С.  29.  См.'  также:  Р и ш т и я  С.  К.  Афга­
нистан  в  XIX  в. С. 22, 25, 30. 
8  Ркп. ИВ АН  УзССР,  инв. №302/11, л. 57а — 576. 
9  Там  же,  инв. №292/1,  300, 302/П. 
10  Н а з а р о в  X.  Равобити  Бухоро...;  Р и ш т и я  С.  К.  Афганистан  в  XIX  в. 
С.  105;  М а с с о й  В.  В.,  Р о м о д и н  В.  А.  История  Афганистана.  Т.  II.  С.  146,  151. 
11  Вакиъат­и  Шах­Шуджа.  См.:  С т о р и  И.  А.  Персидская  литература.  Ч.  II. 
М.,  1972. С. 13—25. 
12  Ркп. ИВ АН  УзССР, инв. №302/11,  л. 54а 
13  Там  же. 
54