в кучу. Вскинув полотнище 
на плечи, он неторопливо
зашагал по дорожке. Достигнув 
места будущей 
дам-
бы, Дусматов, 
отпустив 
два 
угла 
полотнища, 
высы-
пал землю и вернулся к кетменю.
Все! Ни торопливости, 
ни 
суетни, 
ни одного 
лиш-
него движения...
Ровно в девять утра, как и все, Дуная позавтракал на
трассе, напился чаю, который чайханщики 
разносили
колхозникам. В час дня, когда наступила 
жара 
и за-
ревели карнаи, подавая сигнал, он ушел на обеденный
перерыв. В пять вернулся 
и работал до темноты, как
и все. В этот день — 1 
августа — десятник, 
замерив
его 
участок, 
опять 
занес 
в 
табель: 
800 
процен-
тов.
Отдыхая за чашкой чая в вечерней прохладе, Дунан
Дусматов рассказал нам:
— Род наш не мог похвастаться ни землей, ни во-
дой... Деда я не видел, отец мой рассказывал, что он
батрачил у отца муллы Джурабая, 
да еще остался его
должником. Умер отец муллы Джурабая, 
и умер 
отец
моего отца. Мой отец перешел 
в наследство к мулле —
отрабатывать долг деда. Но ясного дня ему не дано
было видеть, он умер в черной нищете. Вместе с его
долгом 
мулла Джурабай 
унаследовал 
меня. У 
муллы
Джурабая я был и за дворовую собаку и за кетмен-
щика...
Земельно-водная реформа дала мне землю и первую
воду. С тех пор ни я, ни колхоз, в котором я состою,
не испытывали недостатка в воде. Благодаря 
счастли-
вому расположению 
наших земель нам воды хватает
водой мы сыты...
Я пришел сюда вместе с другими кетменщиками на-
шего колхоза для того, чтобы обратить воды Нарына
к землям тех, кто испытывает в них нужду. Наш кол-
хоз носит имя Сталина, и нам не к лицу сидеть дома
когда люди долины ищут для своего хлопка 
сталин-
ской воды.
Многоустая молва разнесла известие о героических
подвигах Дусматова. Агитаторы делал/ доклады о ме-
тодах 
его изумительной 
работы. Колхозные 
певцы
стали слагать    песни в    честь    славного    кетменщика